宋 Сун

周邦彥《燭影搖紅•芳臉》

周邦彥 (1056 – 1121)

《燭影搖紅•芳臉勻紅》
芳臉勻紅,黛眉巧畫宮妝淺。風流天付與精神,全在嬌波眼。
早是縈心可慣。向尊前、頻頻顧眄。幾回想見,見了還休,爭如不見。
燭影搖紅,夜闌飲散春宵短。當時誰會唱陽關,離恨天涯遠。
爭奈雲收雨散。憑闌干、東風淚滿。海棠開后,燕子來時,黃昏深院。

ЧЖОУ БАН-ЯНЬ (1056 – 1121)

НА МОТИВ «ЧЖУИН ЯОХУН»

Душистое лицо румянами подкрашено ровно,
Искусно очерчены брови краскою чёрной –
Как у дворцовой служанки, неброский её наряд.
Будто дыханием ветра,
Где-то рядом с небом,
Душу свою обрела:
Вся – в прелестном, как волны, взгляде она.

Давно сердца́ наши связаны были,
Так что друг к другу уже мы привыкли:
За кубком хмельным
Часто-часто
Бросали друг на друга взгляды,
Несколько раз горели желаньем увидеться,
А увидевшись, вновь расставались –
Уж лучше бы не видались!..

Тени свечи́ качаются красной,
Пир ночной окончен – весенняя ночь коротка.
Тогда,
Кто́ мог заранее знать
«Песню о Янгуа́нь» –
Досада разлуки протянулась до края небес вдали,
Что́ теперь делать, коль тучи разошлись и дождь перестал!

Стою́, прислонившись к перилам –
Под ветром восточным слёзы лью:
После того как яблони расцветут,
Ласточкам время придёт прилетать,
А я́,
В сумерках жёлтых, в тенистом саду,
Всё буду стоять…

Перевёл с китайского Владимир Самошин.

© Владимир Самошин, 2019.

Янгуань – пограничная застава, располагавшаяся на далёкой северо-западной окраине Китая. Песня об этой заставе символизировала разлуку.
Тучи разошлись и дождь перестал – иносказательно: закончилось любовное свидание.

宋 Сун

周邦彥《還京樂•禁煙近》

周邦彥 (1056 – 1121)

《還京樂•禁煙近》

禁煙近,觸處浮香秀色相料理。正泥花時候,奈何客里,光陰虛費。
望箭波無際,迎風漾日黃雲委。任去遠,中有萬點,相思清淚。
到長淮底,過當時樓下,殷勤為說,春來羈旅況味。堪嗟誤約乖期,向天涯、
自看桃李。想而今,應恨墨盈箋,愁妝照水。怎得青鸞翼,飛歸教見憔悴。

ЧЖОУ БАН-ЯНЬ (1056 – 1121)

НА МОТИВ «ХУАНЬЦЗИН ЛЭ»

Близится день, когда запрещают разводить огонь:
Везде и всюду
Плывущие ароматы и красота цветов
Помогают друг другу –
Сейчас как раз время, когда цветы опьяняют.
Но, что поделать, если ты гость в чужом кра́е,
И дни, и ночи попусту тратишь!

Долго смотрю, как стрелою проносятся волны,
И нет им предела,
Как под ветром играют на ряби блики солнца,
А в небе
Проплывают жёлтые облака –
Пускай уносятся вдаль,
А с ними
И десять тысяч
Чистых слёз моих тоски о любимой…

Брожу у реки Хуа́й –
Там, где когда-то,
С теремом рядом,
Любезно и мило
Ей говорил я,
Что весной на чужбине
Жить мне придётся.
Как же мо́г я
Случайного уговора нарушить срок!

Теперь вот,
У края небес,
Гляжу одиноко на персик и сливу –
Тоскую ныне:
Должно быть, она́, в досаде,
Тушью лист письма покрывает,
И облик её печальный
В речной воде отражается.

Эх, ка́к получить бы
Зелёного феникса крылья,
Чтоб к ней полететь,
На личико её исхудалое
Посмотреть!..

Перевёл с китайского Владимир Самошин.

© Владимир Самошин, 2019.

У реки Хуа́й – т.е., у реки Хуайхэ́ на востоке Китая, между реками Янцзы и Хуанхэ́.

宋 Сун

周邦彥《瑞鶴仙•悄郊》

周邦彥 (1056 – 1121)

《瑞鶴仙•悄郊原帶郭》

悄郊原帶郭,行路永,客去車塵漠漠。斜陽映山落,斂餘紅、猶戀孤城闌角。
凌波步弱,過短亭、何用素約。有流鶯勸我,重解繡鞍,緩引春酌。
不記歸時早暮,上馬誰扶,醒眠朱閣。驚飆動幕,扶殘醉,繞紅藥。
嘆西園、已是花深無地,東風何事又惡?任流光過卻,猶喜洞天自樂。

ЧЖОУ БАН-ЯНЬ (1056 – 1121)

НА МОТИВ «ЖУЙХЭСЯНЬ»

Унылое предместье
Начинается прямо от городских ворот.
Прое́зжая дорога бесконечна,
Уехал гость,
Лишь пыль клубится за повозкой.

Закатное солнце,
Склон горы озаряя, заходит,
Алой зари остатки забрав.
Но цепляется всё же
За кривые перила башенок на стена́х
Сирого городка…

Льдинкой по волна́м
Мягко ступая,
Шла она мимо почтового яма.
К чему, непременно, – сказала, –
Сговариваться нам было зара́не?
Словно трелями иволги меня убеждала
Седло расшитое снова снять,
И не́ торопясь,
Весеннего выпить вина…

Не помню, но вернулся когда,
Уже ранние сумерки пали,
Кто́ подсадил меня на коня – не знаю:
Очнулся от сна я в красных палатах,
Страшный ветер полог раскачивал,
Хмель оставшийся прогнать помогая,
Вкруг пионов кружил.
Вздохнул я у западного окна –
Цветов густых уже нету.
Восточный ветер, зачем ты опять
Зло такое наделал?

Впрочем, пускай течёт себе время, уходит,
Но всё же,
Буду радоваться, в пещере бессмертных себя веселя…

Перевёл с китайского Владимир Самошин.

© Владимир Самошин, 2019.

Почтовая станция – в древности, через каждые пять ли от города стоял павильон для отдыха проезжающих.
Красные палаты – т.е., дом певички.
Пещера бессмертных – так приверженцы даосизма называли места обитания бессмертных. Зд. иносказательно о своём мирке.

宋 Сун

周邦彥《拜星月慢•夜色》

周邦彥 (1056 – 1121)

《拜星月慢•夜色催更》

夜色催更,清塵收露,小曲幽坊月暗。竹檻燈窗,識秋娘庭院。
笑相遇,似覺瓊枝玉樹相倚,暖日明霞光爛。水眄蘭情,總平生稀見。
畫圖中、舊識春風面。誰知道、自到瑤台畔。眷戀雨潤雲溫,
苦驚風吹散。念荒寒、寄宿無人館。重門閉、敗壁秋虫嘆。
怎奈向、一縷相思,隔溪山不斷。

ЧЖОУ БАН-ЯНЬ (1056 – 1121)

НА МОТИВ «БАЙСИНЪЮЭ МАНЬ»

Краски ночи торопят стражу ночную,
Промыв, всю пыль собрала роса,
Над улочками кривыми и глухим переулком
Тускло светит луна.

Бамбуковые перила, светильник в окне –
Узнаю́ жилище Цю-ня́н.
Улыбалась, когда встретились с ней,
А я
Почувствовал, словно ветви из нефрита алого
С яшмового дерева прикоснулись ко мне,
Или тёплым днём светлая заря ярко засияла.
Глаза её – словно волны, чувства – что орхидея,
За целую жизнь ре́дко такую встретишь!

Лишь на рисунке
Весеннее личико прежде мне было знакомо,
Кто́ мог подумать,
Что сам окажусь я возле нефритовых чертогов?
Вспоминаю с любовью, как «дождём проливалась тёплая тучка»,
И горько, что яростный ветер
Ту тучку развеял…

Думаю, ка́к же пустынно и холодно –
Будто бы стал на ночлег в безлюдном подворье:
Двойные ворота плотно закрыты,
В стенах, разбитых,
Сверчки осенние плачут.

Но, ка́к так случилось,
Что ниточка дум моих о любимой,
Не рвётся,
Хоть нас разделяют и реки, и горы?..

Перевёл с китайского Владимир Самошин.

© Владимир Самошин, 2019.

Стражу торопят – в древности в Китае, начиная с семи часов вечера до пяти часов утра, с промежутком в два часа, сторожа били в колотушки. Зд. в значении «торопят рассвет».
Цю-нян – иносказательно о певичке.
«Дождём проливалась тёплая тучка» – со времени написания Сун Юем (290? – 222?) своей оды «Горы высокие Тан», едва ли не самая частая аллюзия на любовное свидание в китайской поэзии.

宋 Сун

周邦彥《憶舊游•記愁橫淺》

周邦彥 (1056 – 1121)

《憶舊游•記愁橫淺黛》

記愁橫淺黛,淚洗紅鉛,門掩秋宵。墜葉驚離思,聽寒螿夜泣,亂雨瀟瀟。
鳳釵半脫雲鬢,窗影燭光搖。漸暗竹敲涼,疏螢照晚,兩地魂消。
迢迢,問音信,道徑底花陰,時認鳴鑣。也擬臨朱戶,嘆因郎憔悴,羞見郎招。
舊巢更有新燕,楊柳拂河橋。但滿目京塵,東風竟日吹露桃。

ЧЖОУ БАН-ЯНЬ (1056 – 1121)

НА МОТИВ «ИЦЗЮЮ»

Помню, печаль сковала брови в краске поблекшей,
Слёзы смочили румяна и пудру,
Заперты двери были ночью осенней.
Листва, опадая, тревожила мысль о разлуке.

Озябших цикад слышался плач ночной,
Дождь шумел моросящий.
Шпилька-феникс едва не выпала из тучи волос,
За окном, в свете свечи, тени качались.

Мало-помалу, во мраке, бамбук застучал холодный,
Редкие светлячки ночь освещали.
Врозь мы сегодня,
И душу, как будто бы потеряли.

Далеко он далёко.
Вестей бы о нём узнать,
Да цветами укрыты дороги и тропы,
Лишь изредка слышу, как позвякивают удила.

Хотела бы возле красных ворот постоять,
Вздыхая, что из-за любимого чахну,
И стыжусь я самой себя,
Если любимый снова поманит.

Ивы мост у реки подметают.
В старые гнёзда снова ласточки прилетели.
Только взор застилает пыль городская,
А ветер восточный целыми днями,
С цветущего персика росу сдувает…

Перевёл с китайского Владимир Самошин.

© Владимир Самошин, 2019.

宋 Сун

周邦彥《隔浦蓮近拍•新篁》

周邦彥 (1056 – 1121)

《隔浦蓮近拍•新篁搖動翠葆》

中山縣圃姑射亭避暑作

新篁搖動翠葆,曲徑通深窈。夏果收新脆,金丸落,驚飛鳥。
濃靄迷岸草。蛙聲鬧,驟雨鳴池沼。
水亭小。浮萍破處,帘花檐影顛倒。綸巾羽扇,困臥北窗清曉。
屏里吳山夢自到。驚覺,依然身在江表。

ЧЖОУ БАН-ЯНЬ (1056 – 1121)

НА МОТИВ «ГЭПУЛЯНЬЦЗИНЬ ПАЙ»

СОЧИНИЛ В УЕЗНОМ ПАРКЕ БЛИЗ ГОР ЧЖУНШАНЬ,
В ПАВИЛЬОНЕ ГУШЭТИН, СПАСАЯСЬ ОТ ЖАРЫ

Бамбук молодой листвой изумрудно-густою качает,
Извилистой тропкой иду в глухое укромное место,
Чтоб летних плодов набрать свежих-хрустящих.

«Золотые пули» опадают,
Пролетающих птиц пугая.
В тумане густом еле ви́дны прибрежные тра́вы,
Лягушки, квакая, галдят,
Под шум дождя, что вдруг пролился над прудами.

Невелик на пруду павильон.
Там, где ряски разорван ковёр,
Занавески цветные
И тень от карниза
В воде отразились.

С веером в руке, в повязке головной,
Утомлён,
Лежу у северного окна на рассвете.
До горы Ушань, что на ширме, во сне я дошёл,
А проснувшись в испуге,
Понял вдруг ясно,
Что, по-прежнему, я
В Цзяннани…

Перевёл с китайского Владимир Самошин.

© Владимир Самошин, 2019.

«Золотые пули» – плоды хурмы (Diospyros armata) напоминающие по форме пули.

宋 Сун

周邦彥《少年游•朝雲漠漠》

周邦彥 (1056 – 1121)

《少年游•朝雲漠漠散輕絲》

朝雲漠漠散輕絲,樓閣淡春姿。
柳泣花啼,九街泥重,門外燕飛遲。
而今麗日明金屋,春色在桃枝。
不似當時,小樓沖雨,幽恨兩人知。

ЧЖОУ БАН-ЯНЬ (1056 – 1121)

НА МОТИВ «ШАОНЯНЬЮ»

Утренние тучи безбрежны-бескрайни, тонкими нитями сеялся дождь,
Был бледен весенний вид
Вкруг терема за окном:
Ивы беззвучно плакали, цветы рыдали навзрыд,
Грязь толстым слоем лежала на всех улицах девяти,
Ласточки за ворота улететь не могли.

А ныне – яркое солнце, светло в золотых покоях,
Весна окрасила ветви персиков –
Совсем не так, как было тогда́,
В маленьком тереме,
Под пеленою дождя,
Когда оба узнали мы
Затаённую в сердце печаль…

Перевёл с китайского Владимир Самошин.

© Владимир Самошин, 2019.

Девять улиц – иносказательно об улицах города.