почему бы и нет? И Ли-бо он оставляет, и любимых женщин. одно другому не мешает.

кстати кажется
坐惜故人去，偏令游子傷
сидя прямо — жалею, склонюсь набок — страдаю

Понятно… 🙂

Мне кажется, что вы неправы, и 有分 здесь означает просто «иметь (有) различие (分)», «различаться», а 矣 подчёркивает категоричность этого утверждения, что в переводе передано словом «непременно» … Если же, как вы говорите, 有分 означает «суждено, предопределено, на роду написано», то каков тогда смысл фразы『 周與胡蝶，則必有分矣。此之謂物化』? По-моему, в таком случае, она вообще теряет смысл: «Чжоу и бабочка, непременно суждено/предопределено/на роду написано»… Посмотрел, кстати, переводы этого отрывка, выполненные как Любовью Позднеевой, так и Владимиром Малявиным: и в одном, и в другом有分 переведено именно как «иметь различие»:
«Однажды Чжуану Чжоу приснилось, что он – бабочка, весело порхающая бабочка. [Он] наслаждался от души и не сознавал, что он – Чжоу. Но вдруг проснулся, удивился, что [он] – Чжоу, и не мог понять: снилось ли Чжоу, [что он] – бабочка, или бабочке снится, [что она] – Чжоу. Это и называют превращением вещей, тогда как между мною, [Чжоу], и бабочкой непременно существует различие».
(Перевод Любови Позднеевой).
***
«Однажды я, Чжуан Чжоу, увидел себя во сне бабочкой – счастливой бабочкой, которая порхала среди цветков в свое удовольствие и вовсе не знала, что она – Чжуан Чжоу. Внезапно я проснулся и увидел, что я – Чжуан Чжоу. И я не знал, то ли я Чжуан Чжоу, которому приснилось, что он – бабочка, то ли бабочка, которой приснилось, что она – Чжуан Чжоу. А ведь между Чжуан Чжоу и бабочкой, несомненно, есть различие. Вот что такое превращение вещей!»
(Перевод Владимира Малявина).

А разве эта притча не о том, что «превращение вещей» – это всего лишь иллюзия? По-моему, именно об этом. Чжуан Чжоу только казалось, что он превратился в бабочку, хотя на самом деле он как был Чжуан Чжоу, когда ложился спать, так им и остался, когда проснулся. Таким образом, в притче фактически утверждается, что «превращение вещей», о котором говорится в заключительной фразе, это всего лишь иллюзия, рождённая в сознании человека, и не более того. Во всяком случае, я та́к понимаю смысл этой притчи. Не знаю, правильно или нет…

Интересная трактовка… Это ваша собственная? Как дословно перевести 『 周與胡蝶，則必有分矣。此之謂物化』?

По-моему, всё же, даосское «превращение» не есть синоним буддийского «перерождения». Хотя бы уже потому, что Чжуан-цзы ничего не говорит о дальнейших «перерождениях», условно говоря, бабочки в «печень крысы» или во что-то (или кого-то) ещё, т.е., отсутствует упоминание о череде перерождений. Речь у Чжуан-цзы, на мой взгляд, идёт именно о превращениях одной «вещи» в другую, между которыми нет никакой «кармической связи».
Что же касается того, что тот факт, что Чжуан Чжоу приснилась его предыдущая жизнь, в которой он якобы был бабочкой, то – где доказательства этого? Это только ваше предположение. На ваше предположение отвечаю своим: я считаю, что притча о сне и бабочке приведена в «Чжуан-цзы» исключительно для того, чтобы показать, что человеку очень трудно понять, где реальность, а где – иллюзия реальности, хотя он и понимает, что между двумя этими категориями есть отличия. Но, повторяю, я в философии даосизма разбираюсь слабо, (читал «Чжуан-цзы» в переводе Любови Позднеевой уже очень давно, причём, что называется, по диагонали, и все мои возражения вам – сплошная импровизация), поэтому не стану продолжать спор, оставаясь при своём (быть может, и ошибочном) мнении: ни о каком «перерождении» Чжуан Чжоу, ни о какой «кармической связи» его с бабочкой в этой притче не говорится, а говорится о том, как трудно понять, где реальность, а где – иллюзия, где истинное, а где фальшивое, где правда, а где ложь и т.д.. Добавлю лишь, что и грамматика фразы 『周與胡蝶，則必有分矣』не позволяет, перевести её как «у Чжуана с бабочкой есть кармическая связь», поскольку в оригинале отсутствует грамматическая связка (也).

Т.е., вы хотите сказать, что если человек живёт недалеко от домов знати, или в самом таком доме, то там шумно, а если живёт вдали от таких домов, то там тихо, так ведь? Но дело-то в том, что Юань Чжэнь, в первой строке, говорит прямо противоположное: «шумно иль тихо – не от того, живёшь далеко ты иль близко». Иными словами, шум в доме человека или тишина в нём не зависят от того, где этот человек живёт – далеко или близко от домов знати! А в следующих строках он опровергает это своё утверждение, говоря, что вблизи домов, где живут богатеи, шумно, а вдали от таких домов, в сельской, так сказать, местности – тишина и покой! Вот и разберись тут, пожалуй, в том, что же хотел сказать Юань Чжэнь…

Papa HuHu, спасибо! Только я не знаю, как это проверить. На сайте Синология.Ру пишут, что Ду Фу «намеревался на гос. службе воплощать в жизнь идеалы древнего конфуцианства», а «в 746 на десять лет поселился в столице Чанъань и безуспешно пытался поступить на службу». Но, видимо, это ему всё же удалось, т.к. дальше пишут, что «принципиальность Ду Фу вызвала недовольство двора, и осенью 759 он был вынужден оставить службу и с семьей уехать на запад в г. Чэнду (пров. Сычуань)». С другой стороны, сам же Ду Фу в этом стихотворении, в предыдущей строке, говорит, что никогда и не мечтал о чиновничьей службе: 「本無軒冕意」… Получается, что он, мягко говоря, лукавил, и у него были мысли о карьере чиновника? Или я неправильно перевёл эту строку?